Этап 1. Звонок, который вернул прошлое
Через полтора года после побега в Питер мне позвонила незнакомая женщина.
Номер был местный, питерский. Я как раз сидела в студии над очередным проектом — планировкой квартиры в старом фонде с видом на канал. На экране — аккуратные линии, на столе — чашка остывшего кофе, в голове — список задач на вечер. Телефон завибрировал, я почти автоматически нажала «принять».
— Елена Викторовна? — вежливый женский голос, деловой, уверенный.
— Да, слушаю.
— Меня зовут Кира, я администратор банкетного комплекса «Невский вид». Нам вас порекомендовали как ведущего дизайнера студии «Северный свет».
Я удивлённо подняла брови. «Невский вид» — один из тех залов, на которые я когда-то только издали смотрела, гуляя по набережной. Дорого, красиво, панорамные окна, вид на реку. Мы, конечно, о нём мечтали, но пока работали в местах попроще.
— Очень приятно, — ответила я. — Чем могу помочь?
— У нас крупный заказчик, — продолжила Кира. — Юбилей, семьдесят лет. Клиентка хочет «чтоб богато, достойно, но без пошлости», цитирую. С залом и кухней мы разберёмся, а вот с оформлением… Нам посоветовали именно вас.
Я машинально взяла карандаш.
— Дата? Бюджет? Формат?
Мы обсудили детали, я делала пометки, задавала уточняющие вопросы — всё как обычно. До того момента, пока Кира не произнесла:
— Клиентка сама не из Петербурга, приезжает с семьёй. Имя — Тамара Ивановна…
Фамилию я услышала как сквозь вату. В голове мгновенно всплыло: золотистое платье, длинный стол, чужие стулья, её голос: «Может, Лена посидит на кухне? Там табуретка есть».
— …Семёнова, — закончила Кира. — О, вижу, вы притихли. Может, знакома? Она сказала, что у сына жена Лена живёт в Питере, дизайнер. Но попросила нас искать по рекомендациям, «вдруг не сработаемся». Забавно совпало, правда?
Я закрыла глаза. Вот так, значит. Мама Игоря решила отметить юбилей в том самом городе, куда я однажды сбежала от её «стола», и совершенно случайно вышла на меня.
— Да, совпадение любопытное, — сказала я ровно. — Пришлите, пожалуйста, ТЗ на почту. Я подготовлю концепцию.
Повесив трубку, я долго сидела, уткнувшись взглядом в чертёж. Внутри всё боролось: отвращение, злость, смешок судьбы и странное, холодное любопытство.
«Ты не обязана, — шептал внутренний голос. — Можешь отказаться. Сказать, что занята».
«А можешь — наоборот, — отвечал другой. — Посмотреть им в глаза. Но уже не снизу, от двери без стула. А как человек, без которого этот праздник не состоится».
Я пошла на кухню за свежим кофе и застала там Максима.
— Ты как будто призрака увидела, — заметил он, глядя на меня поверх чашки. — Клиент сложный?
— Клиент из прошлого, — вздохнула я. — Очень далёкого, но не до конца умершего.
И пересказала ему историю — про юбилей свекрови, про отсутствие стула, про поезд в Питер.
Максим выслушал внимательно, не перебивая.
— Можешь отказать, — просто сказал он. — Мы сейчас не в том положении, чтобы хвататься за любой заказ. Но если захочешь — сделаем. Только по правилам. Профессионально.
— Я сделаю, — ответила я. — Но не для неё. Для себя. Хочу поставить жирную точку.
Этап 2. Условия новой игры
На следующий день мы с Кирой уже обсуждали детали. Я нарочно держалась сухо и официально.
— Хотелось бы узнать пожелания юбилярши, — сказала я. — Цветовая гамма, формат рассадки, дополнительные активности.
— О, с этим у нас всё непросто, — устало хмыкнула администратор. — Тамара Ивановна очень… э-э… требовательная. Хочет, чтобы «всё было как у людей, а ещё лучше». Бюджет — выше среднего, но торгуется за каждую розу.
«Типично», — усмехнулась я про себя.
— Тогда так, — сказала вслух. — Мы работаем только по договору, предоплата семьдесят процентов, остальное — в день мероприятия до начала. Все изменения рассадки и декора согласуются только через меня.
Кира облегчённо выдохнула:
— Господи, как хорошо, что вы это сказали. А то мне уже страшно… Сегодня у нас созвон с самой Тамарой Ивановной, вы подключитесь?
— Обязательно, — кивнула я. — Очень хочу услышать заказчика.
Вечером мы втроём сидели в видеоконференции. На экране появилась она — почти не изменившаяся. Всё то же «королевское» выражение лица, та же укладка, та же манера говорить будто с подчинёнными.
— Здравствуйте, Тамара Ивановна, — первой поздоровалась я.
Она прищурилась, всматриваясь.
— Мы знакомы? — спросила осторожно.
— Косвенно, — ответила я. — Я — Елена… Викторовна. Дизайнер, буду оформлять ваш праздник. Я живу в Петербурге.
Лёгкая тень мелькнула в её глазах. Она, конечно, догадалась. Но вслух выбирать не стала.
— Ну, если вы специалист, — сухо сказала она, — мне всё равно, откуда вы. Мне нужен зал «как в кино». Я отмечаю юбилей. Дети решили устроить мне праздник в Петербурге.
«Дети решили» — это значит, она сама настояла.
— Понимаю, — кивнула я. — Мы предложим вам несколько концепций. Сразу предупреждаю: работа студии оплачивается отдельно. Никаких «по-родственному», всё по прайсу.
Она замялась всего на секунду.
— Конечно, конечно. Я всю жизнь привыкла платить за качество.
Я почувствовала, как где-то в глубине души хмыкнуло: «За качество, значит. А за уважение — нет».
Мы обсудили формальности. Тамара Ивановна хотела длинный стол «для своих», живую музыку, фотозону и «чтобы видно было Неву». О количестве гостей говорила снисходительно:
— Ну что там… человек сорок–пятьдесят. Все свои.
Слова «невестка» в списке гостей не прозвучало.
Документы прилетели в тот же день. Я внимательно прочитала договор, особенно раздел «Оплата». Никаких лазеек. Никаких «а давайте потом».
Предоплата на счёт студии пришла через два дня. Из того самого города, откуда я когда-то уехала без стула, но с dignity под мышкой.
Этап 3. Чужой праздник — моя сцена
Я работала над этим проектом так же, как над любым другим — честно и тщательно. Только где-то на подсознании всё время зудело: «Это тот самый зал. Тот самый стол. Те самые люди».
Мы с Максимом выбрали банкетный зал с панорамными окнами на Неву. Светлые стены, высокие потолки, никакой дешевизны — всё благородно и сдержанно.
Концепцию я придумала быстро: тёплое золото, молочный, глубокий зелёный, немного марсалы в деталях. Зоны: основная — длинный стол для семьи, отдельная — лаунж для гостей помоложе, фотозона с мягким светом и живыми цветами. На входе — стойка с рассадочными карточками и маленькими открытками: «Спасибо, что вы с нами».
Я долго смотрела на макет рассадки.
Тамара Ивановна — во главе стола, справа — сын, слева — дочь. Рядом — внуки, племянники. На план схеме не было моего имени, и это было… освободительно.
Я не собиралась сидеть с ними. Я должна была быть в зале как профессионал. Не больше и не меньше.
За неделю до праздника мне позвонил Игорь.
— Лена…
Я узнала голос сразу, хотя мы почти год не разговаривали.
— Слушаю, — ответила спокойно.
— Это правда? — он замялся. — Мама говорит, что праздник в Питере будет ты оформлять.
— Правда, — подтвердила я. — Клиент как любой другой.
— Ты… на неё не обижаешься? — неуверенно спросил он.
Я усмехнулась.
— Это не имеет значения. В данном случае важен только договор и предоплата. Всё остальное — не моя зона ответственности.
Он помолчал.
— Ты изменилась, — наконец сказал он.
— Да, — согласилась я. — И ты тоже.
— Я… хотел сказать… — он глубоко вздохнул. — Я скучаю. Мама иногда перегибает палку, ты же знаешь. Но мы… могли бы всё вернуть. Я готов приехать в Питер.
Я посмотрела на свои руки — аккуратный маникюр, след от карандаша. Вспомнила, как стояла тогда в дверях банкетного зала с букетом роз и без стула. Как он сказал: «Разберись сама».
— Игорь, — мягко произнесла я. — Мы уже всё разделили. Ты выбрал свой стол. Я — свой путь.
Он тяжело выдохнул:
— Значит, ты точно не приедешь к нам?
— Игорь, я уже в Питере, — сказала я. — И на твоём празднике я буду работать. Не больше.
Я сбросила звонок первой. Никакой дрожи в руках, никаких слёз. Только лёгкая усталость.
Этап 4. День Х: возвращение, но не на своё место
В день юбилея я приехала в зал за три часа до начала. Команда уже работала — расставляли вазы, разворачивали текстиль, устанавливали флористические композиции.
— Елена Викторовна, фотозона готова, — подбежала помощница. — Свет проверили, всё отлично.
Я прошлась по залу, проверяя каждую деталь. Золото мягко переливалось в светильниках, зелёные акценты добавляли глубины, хрусталь блестел не вызывающе, а благородно.
На дверях висело табло: «Банкет закрыт. Частное мероприятие». Весь зал был забронирован только под этот праздник.
«Квартира оформлена до брака, так что — с вещами на выход», — мелькнуло в голове из другой истории, другой жизни. Я усмехнулась.
За полчаса до приезда гостей подошла Кира:
— Клиентка с семьёй уже выехала. Предупреждаю заранее: мама — ураган. Сын — тихий, но зависимый. Дочка — как будто с другой планеты, ей всё равно.
— Не волнуйся, — ответила я. — Сегодня здесь главные — мы. У нас договор.
Машины подъезжали к входу одна за другой. Родственники выходили — нарядные, шумные, с подарками и цветами.
И вот она. Тамара Ивановна. В новом, ещё более золотом платье. С причёской, серьгами и той самой походкой «королевы», которую я помнила до боли.
Увидев зал, она даже замолчала. На секунду.
— Н-да… — протянула. — Вот это… красиво.
Я стояла чуть поодаль, в стороне от основного входа. Она заметила меня не сразу. Сначала осматривалась, что-то приказывала Кире, кого-то направляла.
Потом её взгляд упал на меня.
— Лена, — сказала она. Без «Здравствуй», без «как ты». Просто констатация факта.
— Добрый вечер, Тамара Ивановна, — вежливо кивнула я. — Рада, что вам нравится зал.
— Это ты всё придумала? — она обвела рукой оформление.
— Я и моя команда.
Она снова огляделась, а потом, словно спохватившись, сказала:
— Ну… молодец. Видно, что не зря в Питер мотанула.
В этих словах был и укол, и признание.
— Спасибо, — ответила я. — Предлагаю вам пройти к фотозоне, гости скоро подтянутся.
Игорь появился за её спиной. Постаревший, с мешками под глазами, но всё с тем же знакомым взглядом. На секунду он хотел, кажется, шагнуть ко мне, но мама уже потянула его к фотографу:
— Костюм поправь, сынок. Не позорь меня.
Я отошла в сторону, к барной стойке, где для команды стояла вода и кофе.
— С ума сойти… — прошептала Кира. — Если бы вы знали, сколько она нас гоняла по телефону. Я думала, вы с ней… расцелуетесь.
— Мы с ней всё уже обсудили, — сказала я. — Каждый — на своём месте.
Этап 5. Новый стол и старые паттерны
Праздник начался. Ведущий шутил, официанты разносили закуски, музыка играла ненавязчиво. Тамара Ивановна сияла во главе стола, принимая тосты.
Я периодически обходила зал, проверяла, всё ли в порядке: не подтекают ли свечи, не упали ли композиции, хватает ли напитков.
Иногда ловила на себе взгляды родственников. Кто-то шептался, кто-то откровенно разглядывал.
— Смотри-ка, правда дизайнером стала, — услышала я обрывок фразы двоюродной сестры Ирины. — А я-то думала, перебесятся и вернётся.
Ближе к середине вечера произошла сцена, которую я будто уже видела когда-то, только финал в этот раз был другим.
Ко мне подбежал официант:
— Елена Викторовна, там Тамара Ивановна просит «добавить стульев» к их столу. Ещё три человека приехали.
Я посмотрела на длинный стол. У каждого гостя — свой прибор, свои декорации, расстояние между стульями выверено. Втиснуть ещё троих было физически возможно, но это сразу превратило бы элегантное пространство в электричку.
— Передайте, пожалуйста, — спокойно сказала я, — что по плану рассадки все места за главным столом уже заняты. Но мы можем подготовить для новых гостей почётный круглый стол чуть поодаль, с тем же декором.
Официант кивнул и пошёл к свекрови.
Я видела, как меняется её лицо, пока он объясняет. Щёки наливаются цветом, губы сжимаются в тонкую линию. Она повернулась ко мне:
— Лена! Иди сюда!
Я подошла.
— Я не поняла, — её голос вибрировал от негодования. — У меня гости! Родные люди! Почему ты решила посадить их отдельно от меня?
— Потому что за этим столом по договору сорок мест, — ответила я, глядя ей прямо в глаза. — И все они заняты. Если мы добавим ещё три стула, гостям будет тесно и неудобно.
— Да что за глупости?! — взорвалась она. — Сдвиньте чуть-чуть, и всё. Мы и не так сидели!
Я увидела, как напрягся Игорь. Он, кажется, уже чувствовал, что сейчас будет не по-старому.
— Тамара Ивановна, — сказала я ровно, но достаточно громко, чтобы услышали ближайшие. — Когда-то вы решили, что для меня нет места за вашим столом. Сегодня я отвечаю за комфорт всех ваших гостей. И я не позволю превращать праздник в давку ради того, чтобы вы чувствовали власть.
Она побледнела.
— Ты мне что, угрожаешь?
— Нет, — покачала я головой. — Я выполняю условия договора. Вы арендуете зал. Я — организую пространство.
Я обернулась к официанту:
— Подготовьте, пожалуйста, для новых гостей отдельный стол. Тот, что у окна, с лучшим видом на Неву. С тем же текстилем и сервировкой.
— Есть, — кивнул он.
Гости вокруг притихли. Кто-то с интересом наблюдал, кто-то делал вид, что занят салатом.
Тамара Ивановна пару секунд молча смотрела на меня, потом резко отвернулась:
— Делайте, что хотите. Всё равно здесь всё по-вашему.
Да. В этот раз — по-моему.
Я отошла, чувствуя не торжество даже, а какое-то тихое, глубокое облегчение. Будто многолетний узел внутри вдруг чуть-чуть ослаб.
Этап 6. Свой выбор вместо чужого стола
К концу вечера я уже почти не думала о свекрови. Мы с командой следили за таймингом: торт, финальный тост, музыка потише.
Ко мне подошёл Игорь. В руках — бокал шампанского, взгляд виноватый.
— Лена, — начал он. — Можно на минуту?
— Можно, — сказала я. — Но только на минуту.
Мы вышли в коридор, где было тихо.
— Я… хотел извиниться, — пробормотал он. — За тот вечер. За тот юбилей. За всё.
— Принято, — кивнула я. — Только сейчас это уже мало что меняет.
— Я знаю, — он вздохнул. — Просто… когда я увидел тебя здесь, в этом зале… Ты такая… другая. Уверенная. Настоящая. Я тогда должен был уйти с тобой.
— Но ты ушёл с мамой, — напомнила я.
Он кивнул:
— Да. И… ничего хорошего из этого не вышло.
Я промолчала. Это была уже не моя история.
— Я не жду, что ты ко мне вернёшься, — добавил он. — Просто хотел, чтобы ты знала: я теперь понимаю, что потерял.
— Хорошо, что понимаешь, — мягко сказала я. — Это поможет тебе не повторять ошибок.
Я посмотрела на часы.
— Мне нужно возвращаться в зал. У меня работа.
Он чуть улыбнулся:
— Это тебе идёт. Говорить: «У меня работа».
— Потому что она у меня есть, — ответила я. — И я её люблю.
Мы вернулись в зал каждый в свою роль. Он — сын юбилярши, я — дизайнер и организатор. Никаких больше попыток вписать меня в чужую семью без стула.
Когда праздник подошёл к концу, Тамара Ивановна подошла ко мне сама.
— Лена, — произнесла она неуверенно. — Тут… всё было красиво. И гости довольны.
Я кивнула:
— Я рада. Так и должно быть.
Она помялась, словно собираясь с духом:
— Может… как-нибудь… зайдёшь к нам, когда будем в вашем… городе? По-человечески… Посидим.
Я взглянула на неё спокойно.
— Знаете, Тамара Ивановна, — сказала я, — я уже посидела с вами. Стоя, у дверей, без стула. Хватит.
Она моргнула.
— Вы всё ещё обижены?
— Нет, — покачала головой. — Просто у меня теперь есть свой стол. И свои гости.
Я развернулась и пошла к выходу, оставляя её среди шаров, цветов и людей, которые по-прежнему крутились вокруг неё, как спутники вокруг чужой планеты.
Эпилог. Свой зал, свои правила
Через месяц после того юбилея мы с Максимом подписали самый крупный контракт в истории студии: оформление нового арт-пространства на Васильевском. Инвестор был щедрый, верил в проект, а мы — в себя.
В день подписания договора Максим предложил:
— Надо отметить. Как минимум — маленький корпоратив.
— Не маленький, — поправила я. — Настоящий. С залом, музыкой, тортом.
Мы снова обратились в «Невский вид». Кира, услышав моё имя, радостно захлопала в трубку:
— Елена Викторовна, вы наш любимый клиент! Хотите тот же зал?
Я улыбнулась.
— Да. Тот же. Только в этот раз — весь. Под нашу студию.
И вот я снова стояла в дверях банкетного зала. Тот же вид на Неву, тот же свет, тот же мягкий блеск. Но за столами — другие люди. Мои люди. Команда, заказчики, друзья.
— Елена Викторовна, — подошла Кира. — Всё готово. Зал полностью ваш до полуночи. Ни одного постороннего мероприятия.
Я прошлась по залу, проводя пальцами по спинкам стульев. Каждый стул был моим. Каждый метр пространства — нашим. Никаких «нет тебе места».
Максим поднял бокал:
— За Лену. За человека, который однажды ушёл из-за отсутствия стула — и в итоге привёл нас всех к собственному залу.
Коллеги засмеялись, зааплодировали. Я улыбнулась, чувствуя, как внутри разливается тёплая волна.
Телефон в кармане коротко завибрировал. Сообщение от незнакомого номера:
«Лена, это Игорь. Мама всё ещё вспоминает тот юбилей. Говорит, что «в Питере у нас был самый красивый зал». Надеется, что когда-нибудь ты к ней «зайдёшь по-человечески».
Я посмотрела на свои столы, на смеющихся людей, на город за окнами.
И написала в ответ только:
«Передай ей, что свекровь когда-то не дала мне стул за своим столом. А я теперь могу купить себе весь зал в Питере. И самое главное — мне больше не нужно проситься ни к чьему столу».
Я убрала телефон, подняла бокал и впервые за много лет почувствовала, что села именно туда, где всегда должна была быть — за своим собственным столом, в своём собственном зале, в своей собственной жизни.
